Кирилл Зангалис: "Если Карлсен столь популярен, почему Карякину не стать таким же?"

Время публикации: 03.11.2012 00:02 | Последнее обновление: 04.11.2012 13:21
Аудио: 

You may need: Adobe Flash Player.

Запись прямого эфира: 02.11.2012, 22.00

Е.СУРОВ: 22.02 московское время, это прямой эфир Chess-News, со мной на связи Кирилл Зангалис, как я и обещал – новое лицо в шахматах и личный менеджер Сергея Карякина. Кирилл, добрый вечер.

К.ЗАНГАЛИС: Добрый вечер, Евгений!

Е.СУРОВ: У меня сразу такой вопрос. Вы стали менеджером Сергея ровно в тот момент, когда у Сергея появился персональный спонсор. Вряд ли это можно считать совпадением?

К.ЗАНГАЛИС: Это немножко не так было. Просто мы не афишировали наши профессиональные отношения. Всё завязалось, как в жизни бывает, абсолютно случайно. Когда я работал на постоянной основе в газете «Советский спорт», перед командным чемпионатом мира в Китае мы сделали с Сергеем интервью, довольно большое, на целую полосу, что редкость сейчас для больших газет, которые очень сильно, к сожалению, игнорируют шахматы. И, можно сказать, по-человечески подружились с Сергеем. Мы перезванивались в скайпе, переписывались смс, я желал ему удачи. И совпал тот факт, что я дружу с еще одним Сергеем Карякиным – пятиборцем, самым молодым чемпионом мира в истории пятиборья, и тоже абсолютно случайно с ним познакомился. И можно сказать, именно то, что я знал чуть-чуть одного и чуть-чуть другого, привело к тому, что у меня возникла идея свести их вместе, и чтобы они, два полных тезки, подружились по-настоящему.


Два Сергея Карякина обмениваются принесшими им славу инвентарями   

По ходу того, как мы общались, знакомились, я начал погружаться более глубоко в шахматный мир, и вдруг увидел абсолютно для меня поразительную вещь: а почему вдруг на Западе ровесник Сергея Магнус Карлсен имеет фантастическую популярность, огромное количество спонсоров, такой авторитет, вплоть до игр с политиками в США, где он почти каждый год проводит турне... Я подумал: а почему бы Сергею, который, в принципе, находится уже стабильно в десятке лучших гроссмейстеров мира, который один из лучших гроссмейстеров России, а тогда, перед Нинбо, опередил Владимира Крамника в рейтинге, - а что есть у Сергея? Ведь это же классное противостояние – Запада и России. России, некогда ведущей шахматной державы. И просто подумал: а почему Сергей не может иметь этого всего? Я спросил у него напрямую. И как выяснилось на тот момент, у него не было даже своего официального сайта.

Началась работа. Сергей сказал, что он мне полностью доверяет, и если у меня есть какие-то идеи, то он не против заключить со мной какое-то, условно говоря, для начала устное соглашение, чтобы посмотреть, что из этого получится. Я взялся за активную работу по продвижению Сергея в прессе, мы постарались сделать несколько интервью. Тут же оперативно сделали его сайт. Надеюсь, что люди мне не льстят, и пока сайт всем нравится. Затем мы завели страничку в Фейсбуке, сделали Твиттер. Сергею сначала было чуть-чуть непривычно: шахматные люди – особенные люди; он почти всё время работает над шахматами либо играет в турнирах. Ему одному было немножко тяжело всё это продвинуть. Ну, и потихонечку, камешек за камешек строился этот проект, чтобы найти для Сергея спонсора, потому что без спонсора в сегодняшнем мире никуда, вы сами это знаете. И все мировые звезды – они живут даже не столько за счет своих контрактов (я не беру, конечно, Месси или Роналду), а половину их зарплаты составляет спонсорские контракты. И не знаю, опять-таки, льстили мне или нет коллеги, но в России, по-моему, впервые у гроссмейстера появился такой стабильный, сильный спонсор, известнейшая компания «Альпари», лидер форекс-рынка в России, входит в пятерку мировых компаний по продаже форекса. И с того момента, как «Альпари» заключила с Сережей контракт, у нас вообще чуть-чуть изменилась жизнь. Мы стали где-то более публичными людьми, стали больше появляться в прессе, в этом плане и «Альпари» нам помогает, и я помогаю. И получилось так, что с того момента Сергей действительно понял, что без менеджера, без хорошего, сильного помощника, ему не обойтись. Вот такой долгий монолог – о том, как зародилось сотрудничество. То есть абсолютно дружеские отношения переросли в профессиональные. Я очень надеюсь, что это только самое-самое начало, и впереди у нас большой путь.


Москва, 23 августа. Пресс-конференция, посвященная подписанию контракта с "Альпари"

Е.СУРОВ: Я так понимаю, вы причастны к нахождению спонсора?

К.ЗАНГАЛИС: Я очень расстроен, что шахматистами почти никто не интересуется. В данный момент помогли мои личные связи, потому что я очень хорошо знаком с этой компанией, в отличных отношениях с учредителем Глебом Петровым. Прекрасный человек, который любит спорт, но прежде всего, это бизнесмен. Мы всё сделали быстро, но около месяца пиар-менеджер компании изучал плюсы и минусы, которые компания получит от сотрудничества с Сергеем Карякиным. Потому что это не только благотворительная акция – естественно, «Альпари» интересно, чтобы Сергей представлял их в шахматных турнирах, появлялся на обложках газет, телевидения и в радиопередачах. И тут, в частности, мне удалось убедить, что «Альпари» свои деньги вкладывает не просто так. Конечно, первое – это шахматные результаты. Вы заметьте, насколько я был прав: у Сережи был трудный прошлый год, и насколько успешный этот год. Когда мы подписали спонсора, пошли слухи, что Сережа расслабится, получив какие-то деньги, и что шахматный уровень его упадет. Но посмотрите. Мы же перед подписанием контракта уже знали, что контракт будет – и в этот период Сергей выигрывает, наверное, на сегодняшний день свой главный титул – чемпиона мира по рапиду. После этого, не сбавляя оборотов, посмотрите, как он здорово выступил в Дортмунде. Да, может быть, в Суперфинале чемпионата России хотелось «золота». Но «плюс два» в рапиде, опять-таки, блестящая игра Андрейкина – «серебро» тоже неплохо. И на Олимпиаде, я считаю, что Сергей во второй половине турнира был настоящим лидером команды, и во всех важнейших матчах, которые Россия выиграла, Сергей проявил себя лидером, одержав победы над Украиной, Аргентиной, и принес важнейшее очко в последнем туре с Германией. Это показывает, что спортсмен окрылен тем, что ему помогают. Вот чего не хватает, я думаю, всем нашим шахматистам, которые, в принципе, достойны быть... Все наши сильнейшие гроссмейстеры – и Грищук, и Свидлер, и Крамник, и Непомнящий, и Андрейкин, да и другие – при правильном отношении менеджера, прессы, спонсоров – почему эти люди не могли бы быть чаще даже на обложках глянцевых журналов? Ведь шахматы – это очень интересно. Очень жаль, что их преподносят так, будто это какой-то занудный вид спорта, на который скучно смотреть. И моя лично цель – чтобы на шахматы люди посмотрели совсем другими глазами.  

Е.СУРОВ: Видимо, не только у меня, но и у многих, кто нас сейчас слушает, возникает логичный вопрос: а вы, собственно, кто? Почему вы так о шахматистах заботитесь? Может быть, просто расскажете о себе вкратце?

К.ЗАНГАЛИС: Всё очень просто. В пять лет отец научил меня играть в шахматы, это было в городе Ташкенте. Я родился в семье греческих эмигрантов в столице Узбекистана, а сейчас вся семья моя живет в Греции, куда мы переехали в 1995-м году. Большое счастье, что я попал к великим, я считаю, тренерам – Пинчукам. Моим первым тренерам была Лариса Сергеевна Пинчук, мы занимались в одной группе с Рустамом Касымджановым. Потом Рустам перешел в группу постарше к Сергею Тимофеевичу, так как он резко прогрессировал. Я же шахматы оставил, у меня не сложилось, доигравшись до кандидата в мастера спорта. Не подтвердил даже его, поэтому, наверное, не имею право говорить – скорее я где-нибудь перворазрядник все-таки, в советские времена. Эмигрировал в Грецию, потерял связь с шахматами, но всегда помнил, что Рустам живет где-то в Германии, и в 2004-м году, когда Рустам дошел до четвертьфинала чемпионата мира в Триполи, я стал вдруг активно вновь интересоваться шахматами – кто на каких позициях. И именно победа Рустама вернула меня в шахматы. Я сделал с ним интервью, меня заметили в газете, где я писал раньше, в основном, про баскетбол. Мне поручили делать шахматную колонку в «Вечерней Москве», я стал помогать организовывать известные блицтурниры на призы «Вечерки». И, попав в газету «Советский спорт», к счастью, познакомился с великим журналистом Яковом Дамским, и он помог мне организовать первое хорошее, крупное интервью с Владимиром Крамником. Он дал тогда первое интервью после поражение от Ананда. К сожалению, Яков Владимирович сильно заболел, и перед смертью он просто попросил меня, чтобы я не забывал шахматы в «Советском спорте». Чтобы с его уходом шахматы в газете жили. И в принципе, за эти годы мы написали о шахматах столько, сколько, наверное, не писали все вместе взятые ежедневки. Я очень уважаю журналиста Юрия Васильева, прекрасный журналист, но, к сожалению, не так часто ему давали место. Наша газета подробно освещала все крупнейшие турниры. И вот именно из-за журналистики, из-за того, что я вспомнил свое шахматное прошлое и всё так совпало, я вернулся в шахматный мир. Вы только представьте, я езжу в баскетбольные командировки с 1998-го года. И первой моей не баскетбольной командировкой была шахматная Олимпиада в Ханты-Мансийске. С тех пор (и теперь уже – тем более) я стараюсь не пропускать ни одного крупного турнира. Вот, собственно, откуда я появился в шахматах.

Е.СУРОВ: С самого начала интервью вы, упоминая газету «Советский спорт» и свою работу в ней, говорите в прошедшем времени. Правильно ли я понимаю, что ваша страница в «Советском спорте» закрыта? По-моему, я неплохо сформулировал? Страница в «Советском спорте»... Перевернута?

К.ЗАНГАЛИС: Сформулировали отлично. Но страница не закрыта. Я думаю, она только начинается. Я проработал шесть с половиной лет в этой газете, она мне очень многое дала. Просто я понял, что если профессионально идти путем шахматного менеджера и хотеть добиться вместе с Сережей других высот, нужно этому посвящать двадцать пять часов в сутки и восемь дней в неделю. Именно работать, а не иметь это, как, извините, посредственную халтуру. Я прикинул все «за» и «против» и решил не то чтобы рискнуть – в принципе, мне нравится то, что я делаю. Я очень тепло попрощался с газетой, с главным редактором, и при этом остался внештатным шахматным обозревателем. То есть любые шахматные темы, которые будут интересовать «Советский спорт», они поручат мне. Так что, в свободное от работы время, если будет что-то интересное или сенсационное в шахматах, им есть к кому обратиться. Но – в офис теперь я не хожу.

Е.СУРОВ: Кирилл, все-таки вы много лет проработали в журналистике.

К.ЗАНГАЛИС: Семнадцать.

Е.СУРОВ: Но профессия журналиста и менеджера – это две разные профессии. Что вы думаете на этот счет?

К.ЗАНГАЛИС: Несмотря на то, что я столько лет писал заметки, все равно в душе я всегда себя ощущал пиарщиком где-то больше. Не знаю, так, по крайней мере, говорят люди, что есть у меня некоторая коммуникабельность, свойство договариваться, общаться с людьми. А что из себя должен представлять менеджер? Я не представляю, чтобы этому учили в университете. Наверное, это жизненные университеты. Я все-таки сменил три больших города в своей жизни: двухмиллионный Ташкент, пятимиллионные Афины и вот теперь Москва, жизнь меня много потрепала, я имею очень много знакомств, и мне сейчас помогают именно те связи, которые наработаны годами. Что мы сейчас делаем для Сережи в первую очередь? Он сейчас должен спокойно и нормально заниматься шахматами, сосредоточиться на своей главной цели – стать чемпионом мира. Шахматисты зарабатывают не так много. Моя задача в том, чтобы Сереже работалось комфортно. Думаю, что для этого не надо было заканчивать факультет шахматного менеджера в МГУ. Достаточно иметь честную репутацию и хорошие отношения с людьми. Именно поэтому, начиная с июля, буквально за полтора месяца нам удалось поставить подпись под контракт с «Альпари». И Сережа сейчас не думает о том, где ему брать денег на тренеров, где ему брать денег на более мощные компьютеры. Боюсь сглазить, но в ближайшее время, может быть, тренерский штаб Сергея усилится. Пока не могу раскрыть все тайны, но мы работаем в этом направлении.

Е.СУРОВ: Вы, как грамотный пиарщик, заинтриговали.

К.ЗАНГАЛИС: Это тоже часть моей работы. Ответил я на ваш вопрос, чем отличается журналист от менеджера? Или все-таки вы хотите более конкретный ответ получить?

Е.СУРОВ: Нет, я просто добавлю свою ремарку: и журналистом-то, как правило, в университетах не становятся.

К.ЗАНГАЛИС: Это абсолютно точно, это призвание. А посмотрите на менеджера Карлсена!

Е.СУРОВ: А где мне на него посмотреть?

К.ЗАНГАЛИС: Эспен Агдейстейн, интереснейший человек, я читал его большой материал о работе с Карлсеном в англоязычном журнале. Просто пособие для юных менеджеров! Ему бы курсы проводить. Он великолепно объяснял, как лепил из Магнуса звезду. Простым, доступным языком. Я написал ему письмо, и через месяц человек ответил, принеся извинения за то, что из-за занятости так затянул с ответом. Ответил с такой радостью, с такой искренностью, с такой просьбой работать совместно, что меня это просто окрылило. А человек работал в пиаре. И не сразу перешел полностью на работу с Магнусом, долгое время совмещал, но потом понял, что это перспективно, и сейчас Карлсен – суперстар на Западе. Несмотря на то, что шахматы – «непопулярный» вид спорта.

Е.СУРОВ: Скажите, на кого вы еще ориентировались из менеджеров? Есть ли кто-то, на кого вы равняетесь – в шахматном ли мире, в спортивном или еще в каком-то?

К.ЗАНГАЛИС: Извините, я повторюсь, но прежде всего меня поразил подход к Карлсену. Это просто эталон для меня сейчас. Мне бы вообще хотелось, чтобы мы хотя бы близко подошли к тому, что делает Магнус. Хотя бы близко. Мне хочется популяризировать шахматы через детей, устроить турне Сергея по всей России, мне хочется, чтобы он больше приходил в школы, в детские дома. Все-таки, имея сейчас уже серьезный титул, пусть даже пока в быстрых шахматах – для популяризации это очень большая польза была бы. Мне бы хотелось, чтобы он встречался с политиками, чтобы на него обратили внимание... Чтобы шахматы не были вот этим маленьким местечковым мирком, чтобы они выросли. Для этого надо попасть на телевидение. Давайте спросим сейчас у тысячи москвичей: кто такой Сергей Карякин? Я думаю, мы получим максимум один положительный ответ. Люди просто не знают. Люди забыли. Говоря о шахматах, с трудом вспоминают Крамника, и только вспоминают великие битвы Каспарова и Карпова. Не знаю, насколько глобальную задачу я ставлю и насколько много беру на себя, но я хочу переломить эту тенденцию. И я хочу, чтобы шахматы вышли на принципиально другой уровень. Но для этого, к сожалению, строятся большие преграды. В прессе эту «скучную» игру видеть не хотят. Наша задача – чтобы она там появлялась. Пусть, как мы это сделали с Сергеем, через «Спартак». Вы знаете, что один наш сеанс одновременной игры со «Спартаком» собрал в интернете кликов столько, сколько не собирал по шахматным темам Сергей, а может, и со всеми вместе взятыми российскими гроссмейстерами? Это был бум. Значит, если мы не можем продавать шахматы отдельно, надо придумывать, чтобы шахматы звучали везде. А самое главное, конечно, это телевидение. Интернет – это прекрасно, но пока нет более мощного рычага для узнаваемости человека, чем телевидение.

Мы работаем сейчас вот над чем... Как вам идея, что два интеллектуальных человека хотели бы поучаствовать в передаче первого канала «Кто хочет стать миллионером?» Этого никто не делал ни разу.

Е.СУРОВ: Вы уверены? Гарри Каспаров там участвовал.

К.ЗАНГАЛИС: Гарри Каспаров – это отдельная тема. Это в шахматах супер-мега-стар. Это человек, который был на обложках всех глянцевых журналов.

Е.СУРОВ: А может быть, чтобы пригласили кого-то еще на эту передачу, сначала стоит подняться до уровня Каспарова?

К.ЗАНГАЛИС: Понимаете, Евгений, этого бы очень хотелось. Мы об этом мечтаем. Но Каспаров пока один. Сейчас к нему приближается Карлсен по популярности. Но он не россиянин. То есть вы хотите сказать, что пиариться незачем, не имея результата?

Е.СУРОВ: Ну, не так грубо, но все-таки одно зависит от другого, мне так кажется.

К.ЗАНГАЛИС: Первоначальная ценность, помимо пиара – это, естественно, шахматы. И мы Сергея не отвлекаем от них. Поэтому у него есть я. Это моя задача – найти в его графике окна, и по возможности, например, дать в один день три интервью. Мы не собираемся бегать с плакатами Сергея по всей Москве и кричать, какой он крутой парень. Прежде всего, работа, работа, работа. Не будет игры – пиар не нужен никому. Поэтому мы не собираемся делать из него какого-то тряпичного героя. Наша первоначальная цель – попасть в следующий цикл претендентского турнира. Это главное, чего мы хотим – побороться за корону в следующем цикле.

Е.СУРОВ: Кирилл, а почему вы все-таки считаете, что телевидение – это куда более перспективная для шахматиста вещь, чем интернет?

К.ЗАНГАЛИС: Нет, не то что перспективная... Я могу на своем примере рассказать. Я сделал очень много неплохих, на мой взгляд, интервью, репортажей, это всё выходило в «Советском спорте», и это читали какие-то друзья, но я бы не сказал, что это было какой-то популярностью. Один раз я пять минут поучаствовал в ток-шоу на НТВ. Я никому это не анонсировал. Мне позвонили мои старые одноклассники, друзья из Узбекистана, которые абсолютно случайно включили в Узбекистане НТВ в десять часов вечера. Мне позвонили куча людей, и я почувствовал силу телевидения. Что бы я ни делал в «Совспорте», и как бы я не лез... Это мое мнение, Евгений. Может быть, я не прав. Но, по крайней мере, мы к этому движемся. И я бы хотел, чтобы и Александр Грищук, и Петр Свидлер, и все остальные наши гроссмейстеры как можно чаще появлялись в СМИ. Ведь все интересные люди, интереснейшие личности, каждый со своей интересной судьбой. К моему большому сожалению, очень тяжело вообще общаться со спортсменами ввиду того, что иногда бывает просто не о чем поговорить. Шахматисты – это интеллектуалы, с которыми приятно общаться. Например, такие великие, как Борис Спасский. Однажды я делал с ним интервью, мы договорились на сорок минут, проговорили четыре часа. Я как будто жизнь прожил. Поэтому шахматы имеют право на большее в этой жизни.

Е.СУРОВ: Раз уж вы снова упомянули газету «Советский спорт», вот вам вопрос, пришедший на сайт уже во время интервью. Его задает Михаил Голубев: «Уже больше девяти лет на сайте "Советского спорта" висит совершеннейшая, стопроцентная ложь и клевета в мой адрес. http://www.sovsport.ru/gazeta/article-item/101034 Может быть, Вы сможете подсказать - что сделать, чтобы оно больше не висело на сайте уважаемой советской газеты?»

К.ЗАНГАЛИС: Абсолютно спокойно. Пусть господин Голубев со мной свяжется, я переговорю с главным редактором сайта, и я думаю, если это откровенная клевета, то мы просто эту заметку закроем. Тем более, девятилетней давности.Думаю, никаких проблем не будет – пожалуйста, обращайтесь.

Е.СУРОВ: Понятно. Тогда у меня к вам вот такой вопрос. Вы так много говорите о том, что хотите сделать для Сергея, кем бы вы хотите чтобы он стал... Кстати говоря, лозунг «Вернем корону в Россию!» - это ваших рук дело?

К.ЗАНГАЛИС: Ну, тут корпоративная этика. Так скажем, это наш совместный проект с «Альпари». Даже больше они проявили в этих словах участие, мне понравилось. Сама цель озвучивалась по-другому, а они перевели её именно в эту формулировку, потому что действительно давненько, со времен Владимира Борисовича, не было короны в России, где она провела большую часть своего исторического времени.

Е.СУРОВ: Вот, кстати, о Владимире Борисовиче. В России все-таки, пожалуй, как ни в какой другой стране, много шахматистов, которые потенциально могут претендовать на то, чтобы, будем так выражаться, вернуть шахматную корону. То, что вы работаете с Карякиным – это основано исключительно на ваших дружеских отношениях, или вы считаете Сергея действительно самым перспективным для решения самых высоких задач в шахматах?

К.ЗАНГАЛИС: Ни в коем случае. Сергей обладает огромным шахматным талантом, и я верю, что ему по силам замахнуться на корону.

Е.СУРОВ: Почему вы, скажем, не хотите помочь Крамнику, Грищуку (список можно продолжить)?

К.ЗАНГАЛИС: Ну что вы, Евгений, я желаю им успеха в любом случае. Владимир Борисович – величайший шахматист, я его очень уважаю. Очень сильный характер, большой виртуоз. Победа над Каспаровым вообще стоит особняком. Но тут я просто не мог себе представить, что я Крамнику предложил бы свои условия. Наверное, мы с Сережей более близки по-дружески, могли что-то обсуждать. Но я не представляю: даже если бы я захотел, как бы я Владимиру Борисовичу это озвучил? У него настолько сильный авторитет, что я бы просто не решился. Так совпало, что с Сергеем мы подружились, нашли очень много общих интересов, и у меня возникла такая идея. Наверное, если бы я близко дружил, условно говоря, с Петром Свидлером, с Александром Грищуком, то, может быть, мы бы придумали этот проект для них. Сейчас мы с Сергеем не просто партнеры, а не разлей вода. Мы каждый день на связи, говорим не только на шахматные темы.

Е.СУРОВ: Ну что ж, Кирилл, у меня больше к вам, пожалуй, нет вопросов. Я могу только пожелать вам удачи на новом поприще.

К.ЗАНГАЛИС: Спасибо, Евгений. Я бы хотел добавить, что я, рассуждая, как менеджер Карлсена, был бы очень рад, если бы появились инициативные люди, которые занялись не обязательно тем, чем я, но, по крайней мере, были заинтересованы в том, чтобы шахматы у нас развивались гораздо более интенсивно. Мне бы очень хотелось найти таких энтузиастов, которые, условно говоря, помогали бы это делать в прессе. С «Альпари» у нас прекрасное начинание. В компании, к слову, появились люди, которые теперь следят на вашем сайте за каждой партией Карякина. Там много говорят о шахматах, появился интерес. А потенциальный чемпион «Альпари» Александр Садовник (кандидат в мастера) вспомнил молодость и всё свободное время проводит за доской.

Но, может быть, завтра какой-нибудь крупный торговый бренд автомобилей или фирмы часов заинтересуется в том, чтобы помочь как-то развиться шахматам. И я надеюсь, что этот толчок, что я, абсолютно простой журналист, никому доселе неизвестный в шахматном мире, решился на то, чтобы поменять свою основную профессию на ту, которую я выбрал сейчас... И пока у нас всё получается. Я стараюсь быть поскромнее, но, тем не менее, какой-то начальный успех есть. Может быть, это вдохновит людей, может быть, завтра появятся спонсоры и у других российских шахматистов, и мы все будем сильнее, сплоченнее и более защищенными. Я очень на это надеюсь.


  


Смотрите также...